Комнату освещали лишь две тускло горевшие свечи. Оранжево-красные лучи, исходившие от огня, мелодично прыгали по книжным полкам и отражались от каменных плит пола, кое-где устланного мягким ковром. На темно-красном кожаном кресле спала девушка. И сон её был явно неприятен. Она то морщила нос, то дёргала руками. Нередко из её уст доносились обрывки фраз.
— Отец... Спасите... Больно...
Её огненные кудри струились по обивке кресла и спадали на стройное, изнеможденное тело. Она выглядела так жалко, словно лиса, попавшая в сети браконьера.
Напротив неё, в таком же кресле, сидел молодой человек в тёмном выглаженном пиджаке. На его груди красовался бейджик: «Капитан Хроникер. Отдел загробной жизни». Он выглядел как сама невозмутимость: прямые брови, сжатые губы, ровная осанка. Но иногда его лицо смягчалось, брови чуть сближались и подрагивали, а на переносице ложилась сеточка морщинок — безмолвное признание чужой боли.
Рядом с ним на столе, кроме свечей, находились маленький чёрный прибор и толстый фолиант, страницы которого светились мягким сиянием. На обложке виднелась надпись: «Объект №1989. Летисия Вейланд».
Внезапно девушка дёрнулась и, раскрыв глаза, выпрямилась. Она с силой впилась в кресло, будто в знак того, что готова продолжать бороться. Непонимающим взглядом она окинула комнату и остановилась на юноше. Он же, холодно смотря на неё, кивнул, как старому знакомому. Бледная рука Хроникера потянулась к лежавшему на столе маленькому чёрному прямоугольнику с красной кнопкой и книге. Но прежде чем нажать её, юноша представился:
— С пробуждением, Летисия. Меня зовут Хроникер. — после чего нажал кнопку и принялся что-то зачитывать с первых страниц фолианта. — Запись протокола «Переход» активирована. Объект: Летисия Вейланд. Возраст: 18 лет. Роль: королевский киллер. Причина смерти: интоксикация ядом «Стилет-7» на фоне обширной кровопотери от проникающего ранения в брюшную полость.
Голос был ровным и, казалось, бездушным. Она молчала, всё сильнее впиваясь в кресло. Летисия ещё не полностью пришла в себя и не до конца понимала происходящее.
— Кто вы? — её собственный голос прозвучал хрипло и чуждо, даже она сама вздрогнула. — Где я? Кто умер?
— Вы находитесь в так называемой «Буферной зоне». Моя задача — составить ваш окончательный отчёт и помочь разобраться в произошедшем в вашей жизни. Можете считать меня последним в вашей жизни психологом. — Он улыбнулся и, опустив голову, провёл пальцем по странице. — Что вы последнее помните? Какие у вас мысли?
— Вы кто вообще? И я не про имя спрашиваю. Где отец? Ой... — на мгновение девушка растерялась, но тут же собралась. — Король... Где Его Величество?
— Я же говорю — «Буферная зона», «Таможня», честное слово, называйте как хотите. Начнём издалека. Ваше последнее задание. Ликвидация герцога Каэлана. Почему, на ваш взгляд, оно было провалено?
Летисия инстинктивно выпрямила спину, стараясь скрыть дрожь в коленях. Старая, вымуштрованная привычка — не показывать слабость.
— Вы откуда это знаете? Вас Король послал? — но, не получив ответа на вопрос, она поняла, что юноша абсолютно серьёзен, и дополнила: — В любом случае я не могу этого обсуждать. Задание является тайной операцией под личным патронажем Его Величества.
Хроникер вздохнул и на несколько секунд закрыл глаза.
— Летисия. Вы мертвы. Вот ваше свидетельство о смерти. — парень протянул девушке листик с большой фиолетовой печатью. — Секретность утратила актуальность. Согласно досье, вы не взяли антидот. Стандартный вещь, которую брали все агенты вашего уровня. Почему?
— Он был мне не нужен, — выдавила она, глядя куда-то мимо него.
— Отчего же?
— Во-первых, я сильный боец. А во-вторых, меня ведёт рука, над которой смерть не властна.
— Рука... — он повторил слово и зашуршал страницами фолианта, словно пытаясь припомнить. — Ах да, та самая рука, которая даже не вышла из лаборатории, когда вы, истекая кровью, стучали в его дверь?
— Дверь? Кровь... Я вспомнила... Вспомнила что произошло... — впервые за многие годы по её щеке покатилась слеза.
— Летисия, — сказал он тихо, его голос потерял прежнюю формальность, став почти что дружеским. — Правила требуют от меня составить отчёт. Но я не могу этого сделать, не поняв тебя. Расскажи мне.
— Вы же такой умный, всё знаете. Вон какая большая книжечка. — сквозь ком в горле, покидала она.
— Тут факты, мне нужны эмоции. Что ж приступим. На первых страницах написано, что Король Фраер нашел тебя на дороге. Сколько тебе было? Что ты помнишь?
Он откинулся в кресле и всем видом показывал, что готов слушать. Спустя некоторое время девушка все же сдалась и медленно закрыла глаза. Воспоминания, которые она так долго не хотела доставать из закоулков разума, вдруг нахлынули на неё, будто кто-то прокрутил фильм её жизни. И она начала говорить...
♪•••♪
ЛЕТИСИЯ
Первое, что я помню — холод камней под босыми ногами. И запах. Запах мокрой грязи, как после дождя. Мне было четыре года, если не ошибаюсь. Я бродила по улицам, как щенок, искала, что можно стащить с лотка. Потом — грохот. Лошади. Чьи-то крики. Я испугалась, растерялась и выбежала на дорогу прямо под копыта.
Огромный конь вздыбился надо мной. Я не закричала. Не зажмурилась. Я смотрела на всадника в чёрной, как ночь, короне. Он смотрел на меня с таким безжалостным, холодным любопытством.
Меня привезли во дворец. Первую ночь я проспала на куче мехов в углу комнаты. Утром он пришёл. Поставил передо мной кубок с молоком и заточенный кинжал.
— Выбирай, — сказал он.
Я посмотрела на молоко, потом на сталь. И как бы мне ни хотелось пить, я выбрала сталь. Меня привлёк её блеск, я не помнила своего родного отца, но мне казалось, что у него был именно такой кинжал.
Король усмехнулся.
— Хорошо. Отныне твоё имя — Летисия. И твой дом — здесь.
Даже не знаю, что было бы, если бы я выбрала молоко...
♪•••♪
Как бы юноше ни было жалко Летисию, время на беседу у них было ограничено. Поэтому Хроникер начал сам накидывать темы для её размышлений. Те моменты из её жизни, которые лично ему хотелось узнать поподробнее.
— Расскажи про твою первую жертву? Что ты помнишь о ней?
♪•••♪
ЛЕТИСИЯ
Мне было шесть. Отец привёл меня в подвал. Там на стуле сидел связанный мужчина. Он плакал и о чём-то пытался сказать, но у него был связан рот.
— Это враг, — сказал Король. — Он хочет отнять у тебя твой дом. Покажи ему, что с врагами делают в нашем доме.
Он вложил в мою руку тот самый кинжал. Рука дрожала. Я боялась. Не смерти этого человека — я боялась не оправдать доверия. Боялась, что меня вышвырнут обратно в холод и грязь.
— Не бойся, — его голос был у меня за спиной, твёрдым щитом. — Смерть — это всего лишь дверь. А я — тот, кто может открыть её обратно. Всегда.
Я ударила. Криво, слабо, в плечо. Мужчина закричал. Король вздохнул, взял мою руку в свою и направил удар — точно в горло.
Тёплая кровь брызнула мне на лицо.
— Запомни этот запах, Летисия, — прошептал он. — Это запах долга. И нет причины бояться долга.
♪•••♪
— Он упомянул про дверь. Ты знаешь, что он имел в виду? — Хроникер скрестил ноги и продолжил что-то записывать на листочке, что лежал у него на коленях.
♪•••♪
ЛЕТИСИЯ
На тот момент — нет. Тогда он просто говорил, что нет причин бояться смерти и что он уже победил её. Смысл этих слов отец пояснил мне только спустя несколько лет. Он привёл меня в свою лабораторию. В воздухе пахло какими-то едкими веществами. На хирургическом столе лежал бездыханный офицер.
— Смотри, — сказал Король.
Он влил в рот солдата каплю сияющей жидкости. Минуту ничего не происходило. Потом грудь солдата вздыбилась, он сел. Он был жив, но его глаза были... пусты, что ли...
— Видишь? — Король повернулся ко мне. — Смерть — это болезнь. А я нашёл лекарство. Пока ты со мной, тебе нечего бояться. Никогда. Просто всегда слушайся меня и не бойся смерти, и тогда моё маленькое сокровище будет жить вечно.
Я верила. Я верила так сильно, что больше ни в чём не сомневалась. Эта вера была моим настоящим оружием. Она позволяла мне не чувствовать боли на тренировках, не моргать, когда я проливала чужую кровь. Мне казалось, что я была не просто убийцей, а частью чего-то вечного.
♪•••♪
Летисия открыла глаза. Хроникер долго смотрел на неё, не говоря ни слова, словно его река букв пересохла.
— Ну а остальное вы знаете. Миссия, ранение, яд, отец на пороге лаборатории и... смерть...
— Несмотря ни на что, ты продолжаешь называть его отцом. Даже после того, что он не дал тебе противоядия и молча наблюдал, как ты корчишься от боли у его ног, — в голосе Хроникера проскользнула злость на короля, он всячески сдерживался, но местами его эмоции проглядывали сквозь пелену маски.
— Он воспитал меня, да, пусть не совсем правильно, но он сделал это. Однако я выросла и стала ему перечить. Я начала не просто исполнять приказы, а ещё и их обдумывать, что стало для меня критической ошибкой. Он никогда не любил меня как дочь. Я была оружием в руках тирана. И моим главным преимуществом всегда было беспрекословное подчинение. А когда стала задавать слишком много вопросов — была ликвидирована. Вот и вся моя история.
— Ты служила ловцу мух, — тихо сказал Хроникер. — Который манил их в свою паутину, обещая солнце.
Он снова открыл том и вложил в него листок со своими записями. После чего поднял голову и посмотрел на девушку.
— Ты думаешь, я веду протокол, чтобы осудить тебя? — Хроникер покачал головой. — Нет. Чтобы освободить. Ты была рабой с первого дня. Рабом холода, которого боялась снова ощутить. Рабом долга, который сама же себе придумала, лишь бы не слышать голос совести.
Он встал и протянул к ней руку.
— Пора отпустить поводок, Летисия. Он давно сгнил. Ты просто боялась это заметить.
Она посмотрела на его руку, потом — в его глаза. И впервые за долгие годы позволила себе не быть сильной. Не быть оружием. Она просто кивнула. Хроникер просто улыбнулся.
— Идём, — сказал он. — Там, куда ты отправляешься, не будет ни королей, ни долга. Там ты будешь такой, какой должна была стать.
Она встала и сделала шаг. И тогда всё пропало, исчезло, растворилось. Белое пространство, стол, усталые глаза Хроникера. Страх, что сжимал горло с четырёх лет. Горечь предательства. Давление короны, которую она никогда не носила, но которая вечно лежала на ней невидимой тяжестью. Всё это рассыпалось в золотистую пыль, уносимую лёгким ветром, пахнущим, как молоко и дождь.
